Против правил: нетипичные бизнесы в российских регионах

Всего 5% россиян планируют открыть свой бизнес в 2026 году, выяснили аналитики сервиса «Работа.ру». Согласно опросу маркетплейса Ozon, самыми перспективными отраслями предприниматели считают онлайн-торговлю, технологические решения и IТ, а также сферу услуг. 44% респондентов подчеркнули, что видят перспективу развития у региональных проектов — за счет роста онлайн-продаж и растущего спроса внутри регионов.

Нетипичный бизнес, как правило, — это результат хобби, считает руководитель группы стратегических исследований СКБ «Контур» Мария Бурлуцкая. Чаще всего такие проекты остаются малым бизнесом.

Развитие нестандартного для региона бизнеса сопряжено со своими сложностями. К обычным рискам — нехватке ресурсов, знаний и навыков решать рутинные бизнес-задачи — часто добавляется практически нулевая масштабируемость, говорит Бурлуцкая. С ней согласен Дмитрий Бескромный, автор одноименного Telegram-канала и основатель коммуникационного агентства bQ Group. Если продукт нетипичен для локации, он часто воспринимается как «аттракцион», а не как системный бизнес. Это ограничивает LTV клиента (Lifetime Value, пожизненную ценность): потребитель совершит одну покупку, но совсем не обязательно вернется снова, поясняет Бескромный.

Мешать развитию могут и стереотипы о регионе, продолжает он. Главная проблема — дефицит доверия к аутентичности. «Потребитель привык к географическим индикаторам качества: вино должно быть с юга, айтишники — из Сколково или Иннополиса, оленина — с севера», — перечисляет Бескромный. Когда бизнес нарушает эту связку, он автоматически получает «налог на объяснение». Бюджет приходится тратить не на продвижение товара или услуги, а на доказательство того, что бизнес жизнеспособен.

В целом же необычному бизнесу в регионе не обязательно сложнее, чем в Москве, отмечает директор по маркетингу банка «Точка» Софья Масленникова. «Аудитория меньше, но конкуренция и стоимость входа — ниже, а сила репутации и личных связей — выше. Вопрос скорее в том, насколько предприниматель понимает свои амбиции, емкость рынка и готовность аудитории воспринимать новый продукт», — заключает она.

Связывать свою жизнь с фермерством мурманский предприниматель Артем Андронаки не планировал, однако в 2008 году занялся разведением страусов. У семьи был в собственности участок в бывшем совхозе недалеко от города, который стоял без дела. Идея держать животных пришла спонтанно, вспоминает фермер: вместе с братом они наткнулись на статью в интернете про страусиную ферму в Норвегии. Андронаки проект заинтересовал.

Первых страусят — 200 птенцов примерно по $150 (около 3700 рублей) каждый — закупали в странах Прибалтики. Продавца искали в интернете. Для страусов на участке построили загоны: по словам Андронаки, птицы содержались в обычных деревянных вольерах. Изначально братья собирались разводить страусов на продажу, а также ради мяса и кожи. Задумка оказалась невостребованной, к тому же удовольствия от такой работы предприниматели не получали, вспоминает Андронаки.

В 2009 году на ферму впервые приехала экскурсионная группа из Мурманска: организаторы сами предложили предпринимателю привезти туристов, уточняет он. Стоимость входного билета тогда составляла около 150 рублей. Экскурсий становилось все больше, и Андронаки решил развивать туристическое направление: продать большую часть страусов, а на полученные деньги закупить других животных, чтобы привлечь новых посетителей.

Сейчас на территории фермы работает отель, контактный зоопарк, кафе, а также площадка для свадеб, корпоративов и детских праздников. Помимо четырех страусов, на территории живут несколько альпак, яков, северных оленей, коз и пр. Посмотреть на них приезжают обычно семьи с детьми из Мурманска, но бывают посетители и из других регионов. Например, зимой в гостинице живут туристы из Китая: они приезжают, чтобы увидеть северное сияние и одновременно провести время на природе, рассказывает Андронаки.

Кроме фермы, у предпринимателя есть и другие проекты: в частности, он владеет автосервисом и занимается кремацией домашних животных. Совокупная выручка его бизнесов в 2025 году, согласно СПАРК, составила почти 25 млн рублей, прибыль — 908 000 рублей.

Предприниматель задумывается о том, чтобы отказаться от страусов в пользу альпак. Содержание экзотических птиц сопряжено со сложностями: например, страусов боятся сотрудники фермы, поскольку птицы охраняют территорию и иногда могут повести себя агрессивно. Им не требуется особенных условий и корма — страусы едят люцерну и куриный комбикорм, но доставка последнего в Мурманск обходится дороже, чем в другие регионы, что на порядок увеличивает расходы, делится Андронаки. «Страус ест 3–4 кг комбикорма в сутки, а альпака всего 300–400 г. Цена животных также различается: взрослого страуса можно продать примерно за 100 000 рублей, а альпаку — за 700 000–800 000 рублей», — говорит он.

В 2015 году Юрий и Евгения Кузьменковы из Новосибирска стали веганами. Они были волонтерами в приюте и задумались, что одних животных спасают, а других едят, вспоминает Евгения. «Веганство — это образ жизни, исключающий насилие, эксплуатацию и убийство. Это шире, чем просто растительное питание», — объясняет она. Веганство исключает не только мясо и рыбу, но также молочные продукты, яйца и мед — они считаются продуктами эксплуатации животных.

В Новосибирске этот подход не очень распространен, утверждают Кузьменковы. Мясо и мясопродукты в продуктовой корзине горожан занимают 18,9%, молочные продукты — 21,2%. Часто люди, в том числе клиенты их заведения, высмеивают и пытаются как-то задеть основателей, если разговор заходит о еде. «Мало кого волнует, что я не люблю изюм, но то, что не ем мясо, вызывает много мнений, которые мне иногда приходится выслушивать», — сетует Кузьменкова.

Бар Bumpkin Veg Cafе на 10 посадочных мест они основали в 2020 году. Кузьменков к тому моменту успел год проработать поваром в вегетарианском ресторане, куда пришел из строительного магазина «Леруа Мерлен». На открытие (ремонт, мебель и оборудование) потребовалось 1,35 млн рублей. 400 000 рублей Кузьменковы вложили из собственных накоплений, 300 000 рублей получили от продажи машины и еще 300 000 рублей Кузьменкова взяла в кредит. Этих денег оказалось недостаточно, и тогда предприниматель, к тому моменту уже имевший около 10 000 подписчиков в Instagram, занял у них еще 350 000 рублей под 11% годовых. Заем Кузьменковы вернули чуть менее чем за год, утверждает Евгения.

Ставку в кафе сделали на простые блюда и напитки, в том числе крафтовое пиво и сидр. По словам Кузьменковой, растительное питание часто путают со здоровым и низкокалорийным: зеленые салаты, овощи, клетчатка, все на пару и без соли. «Часто именно такая еда встречалась в заведениях в нашем городе. Поесть что-то сытное, белковое и без излишков жира было практически невозможно», — утверждает она. Постоянного меню в Bumpkin Veg Cafe нет, позиции обновляются ежедневно. Самое популярное блюдо у посетителей — бургер с растительной котлетой и различными овощами в драниках вместо булочки. Клиентов — их около 500 человек в месяц — обслуживают сами Кузьменковы и сами для них готовят. Средний чек в Bumpkin Veg Cafe, по данным сервиса 2ГИС, составляет 1000 рублей.

За шесть лет работы у бара сформировалось прочное комьюнити постоянных гостей, утверждают основатели. Привлекать новую аудиторию помогают соцсети. «В качестве стратегии выбрали не казаться лучше, чем есть, и ничего не менять в личном блоге», — рассказывает Кузьменков. Хулиганский маркетинг (часто в роликах встречается мат) не оттолкнет гостей, а заинтересует тех, с которыми основателям будет комфортно, решили они. В блоге Кузьменкова в Instagram (забанен в мае 2026 года, причина рестораторам неизвестна) было более 95 000 подписчиков. На новой странице предпринимателя уже более 20 000 подписчиков.

Выручку и прибыль предприниматели не раскрывают. Важнее зарабатывать достаточно, чтобы удерживать баланс между отдыхом и работой. К примеру, в 2025 году в совокупности рестораторы отдыхали три месяца, делится Кузьменкова. По ее словам, активно увеличивать оборот они тоже не планируют: «Пока нам важнее оставаться свободными и счастливыми».

Основной регион, где производят осетровых, — Астраханская область, в 2024 году на нее приходилось около 40% общего объема. Выращивать осетров можно в любом регионе с помощью установок замкнутого водоснабжения (УЗВ). Одна из ферм, работающих за счет УЗВ, «Море Лаптевых», расположена в деревне Марково Республики Марий Эл. Ее открыли предприниматели Наталия и Станислав Резниковы. Ранее они продавали дизайнерскую мебель в Москве, а в Марий Эл, родном регионе Резниковой, купили дом, чтобы отдыхать там и переехать на пенсии.

Около дома пара приобрела участок. Он был нужен предпринимательнице: Наталия увлекается выращиванием туй и планировала превратить хобби в небольшой бизнес по продаже саженцев. На этом участке оказался заброшенный деревенский магазин. Во сколько паре обошлась покупка земли и здания, Станислав не раскрывает, но отмечает, что сумма была небольшой.

Помещение Резниковы решили использовать для маленькой рыбной фермы. «Когда мы только задумывались о проекте, насмотрелись красивых роликов в интернете, где говорили, что это самый выгодный сельскохозяйственный бизнес. Но знаний нужно много, он требует глубокого изучения», — вспоминает Резников. На этот проект супруги получили 3 млн рублей в качестве гранта на первое оборудование от министерства сельского хозяйства республики. Продажи мебели предприниматели свернули.

Сейчас их ферма производит 5–7 т рыбы в год, большую часть сырья Резниковы перерабатывают. Осетрина продается на ферме и в нескольких магазинах Йошкар-Олы. Однако основные доходы «Море Лаптевых» получает от туристов.

Осенью 2025 года предприниматели построили ресторан и стали приглашать туристов. На экскурсиях им рассказывают о производстве осетровых, показывают УЗВ и готовят рыбные блюда. По словам Резникова, выручка в первое время составляла 20 000–30 000 рублей в неделю. В регионе сейчас мало агротуристических проектов, хотя в целом турпоток растет, отмечает предприниматель. Ферму посещают группы из ближайших городов — Кирова, Казани, Чебоксар, однако также бывают туристы из Москвы и из-за рубежа.

В 2026 году предприниматели запустили производство уходовой косметики из сырья, которое большинство фермеров-рыбоводов считают отходами (например, плавательный пузырь). «У нас своя лаборатория, где мы с химиками и технологом выделяем гидролизованный коллаген, произведенный из частей рыбы, и используем его в косметике», — говорит Резников. Продажи кремов и масок бренда BELUGENIA начались около полутора месяцев назад на ферме, а также на Ozon и Wildberries. Пока объемы небольшие, признает предприниматель, — около 100 000–150 000 рублей выручки, однако Резниковы видят в проекте потенциал.

Сейчас бизнес приносит предпринимателям от 50 000 до 80 000 рублей выручки в день, говорит Резников. Прибыль он не раскрывает, но отмечает, что маржинальность составляет 10–15%. Совокупные вложения в ферму (стройка, оборудование, мальки и пр.) с момента старта Резниковы оценивают в 18–20 млн рублей.

В планах предпринимателей на этот год — открыть спа-комплекс с домиками для проживания посетителей, wellness-программой, занятиями йогой и другими видами физической активности. На это предприниматели получили еще один грант от государства в размере 10 млн рублей, общие затраты на проект они оценивают примерно в 22 млн рублей.

Местные жители, говорит Резников, рады появлению агротуристического объекта в деревне. «Мы не слышали никаких негативных отзывов. Люди, да и мы сами до сих пор удивляемся тому, что нам пришла такая идея и ее удалось реализовать за четыре года», — говорит он.

Агроном Зулкипли Рамазанов занимается фермерством всю жизнь. Сейчас у него более 500 га посевной площади в Дагестане и Астраханской области. На полях он выращивает в основном привычные для регионов культуры: томаты, перцы, кабачки. Овощи Рамазанов поставляет на заводы, которые производят консервы. Выручку и прибыль он не раскрывает, но отмечает, что цена овощей при оптовой продаже на фабрики невысока. Например, стоимость килограмма кабачков может составлять шесть рублей. За сезон урожай овощей в хозяйстве Рамазанова достигает 1500–2000 т.

В 2020 году в качестве эксперимента фермер начал выращивать имбирь. Заинтересовался культурой во время пандемии, когда спрос на растение в России подскочил. Заказал семена в Китае, узнал, по какой технологии там выращивают имбирь, и решил опробовать ее в Астрахани. «Для таких [экзотических] культур Астрахань — достаточно сложный регион. Солнца много, но это прямые лучи. Впрочем, создать субтропические условия можно и здесь, главное — понимать технологию», — говорит он. Деталями своего метода Рамазанов не делится. Выращивать растение в промышленных масштабах он пока не начал: такой проект требует существенных вложений, объясняет фермер. Сейчас за сезон он производит около 20 т имбиря.

Помимо него, Рамазанов выращивает и другие нетипичные для региона культуры: куркуму, батат, маракуйю, шафран. Перспективным он считает черный тмин (обычно растет в Юго-Западной Азии и Средиземноморье), который используется в кулинарии, содержится в косметических средствах и БАДах. Рамазанов делает из черного тмина масло, которое продает на местных ярмарках, и поставляет семена маслоделам по всей России. Семена фермер продает по 500–600 рублей за килограмм. За сезон он выращивает около 20 т продукции.

В будущем Рамазанов планирует сфокусироваться только на экзотических растениях. Прибыль (ее размер фермер также не раскрывает) предприниматель вкладывает в увеличение их производства. Даже при небольших объемах они приносят больше, чем обычные овощи, уточняет Рамазанов. «В Астрахани почти все можно выращивать. Главное, чтобы были агрономические знания», — заключает он.

ИСТОЧНИК: https://www.forbes.ru